Обета не нарушил — кольца раздавал, сокровища на пирах. Зал высился, высокий и широковерхий; ждал он пламени вражды, враждебного огня — не было это долго тогда еще, что эта меч-ненависть между зятем и тестем после смертельной вражды пробудиться должна была.
Тогда могучий дух с трудом время терпел, тот, кто во тьме обитал, что он каждый день радость слышал громкую в зале; там был арфы звук, ясный голос сказителя. Сказал тот, кто умел начало людей издали повести, говорил, что Всемогущий землю сотворил, сверкающую равнину, как вода окружает, поставил победоносный солнце и луну, светила для света жителям земли, и украсил земли уголки ветвями и листьями, жизнь также создал для каждого рода существ, что живет и движется.
Так дружина жила в радости, блаженно, пока один не начал зло творить, враг из ада. Был свирепый дух назван Грендель, знаменитый меточник пустошей, тот кто болота держал, топь и крепости. Несчастный жил некоторое время в обиталище чудищ-рода, с тех пор как Создатель его проклял среди рода Каина — вечный Господь за то убийство отомстил, что он Авеля убил. Не радовался той вражде, но изгнал его далеко, Властитель, от человечества за то преступление.
Оттуда все злые роды возникли, великаны и эльфы и орк-трупы, также гиганты, те которые против Бога боролись долгое время — Он им за это отплату дал.
Пошел тогда на ночь Грендель смотреть высокий дом, как данов-люди его после пива-питья устроили. Нашел он там внутри знатных дружину спящую после пира; они печали не знали, несчастья человеческого. Существо проклятое, свирепое и жадное, было быстро готово, безжалостное и лютое, и схватило сонных тридцать тэнов; оттуда снова пошел прочь, добычей ликуя, к себе домой, с той резней посетить жилище.
Тогда на рассвете, когда день осветился, была Гренделя военная сила людям явлена; тогда после пира был поднят плач, утренний великий крик. Знаменитый вождь, испытанный герой, сидел лишенный радости, сильный страдал, тэн-горе терпел, с тех пор как они след врага увидели, проклятого духа — та борьба была слишком сильна, ненавистна и долга!
Не было это долгим промежутком — лишь одна ночь прошла — что он снова большее убийство совершил и не жалел о том, вражде и грехе — был в том слишком укоренен. Тогда было легко того найти, кто себе постель в другом месте дальше искал, отдых среди меньших покоев, когда ему было сказано и истинным знаком объявлено, зало-тэна ненависть; держался потом дальше и безопаснее тот, кто врагу избежал.
Так правил один против всех и боролся против права, одинокий против всех, пока пуста стояла лучшая из построек. Было то долгое время — двенадцать зим страдал друг данов горе, всякие беды, великие печали. Поэтому для детей людей стало известно через печальные песни, что Грендель против Хродгара долгое время боролся, вел вражду и злобу многие года, непрекращающийся конфликт; мира он не хотел с кем-либо из датского войска, зла не прекращал, кровавой платы — никто не ожидал славной компенсации от убийцы рук. Но чудовище продолжало, темный смерти-тень, преследовать воинов, юных и старых, устраивать засады и держаться. Он в вечных туманах ночами держал болотистые равнины. Люди не знают, куда адовы духи в странствиях направляются.
Так враг человечества многие преступления, ужасный одиночка, часто совершал, жестокие обиды. Хеорот он занял, золотом-украшенный зал, в темные ночи. Но трона не мог коснуться, драгоценности перед Богом — не знал он Его милости.
Это было великое горе для друга данов, сердца сокрушение. Нередко сидел совет сильных, размышляли о плане, что было бы лучше для сильно-духовных против этих внезапных ужасов сделать. Иногда они обещание в капищах давали, идолам молились словами, чтобы душу-убийца им помог против народных бед. Таков был их обычай, надежда язычников. Ада они в сердцах помнили — не знали Судью дел, не признавали Господа Бога, да и не умели небесного Защитника славить, Славы Властителя. Горе тому, кто должен через жестокую вражду душу толкнуть в огонь объятий, не ожидать утешения, никакого изменения! Благо тому, кто может после дня смерти Господа искать и мира просить в Отца объятиях!